С самого детства нам знакомо имя великого русского писателя Ивана Сергеевича Тургенева. Но, оказывается, как мало мы знаем о нем на самом деле. Мир этого великого, многогранного человека открылся нам во время экскурсии по Москве, которая состоялась 18 октября 2019г.

В жизни Ивана Тургенева многое было связано с Москвой, и описание различных уголков города мы постоянно находим на страницах его книг. Немало тургеневских мест в Хамовниках и на Арбате; впрочем, во времена Тургенева - в Пречистенской и Арбатской частях Москвы (Хамовники тогда считались далекой окраиной и с барственной Пречистенкой объединены не были). А вот Арбат и Пречистенка, и даже шире - Остоженка, в глазах современников писателя представляли собой некое единое целое, несмотря на условную границу между городскими частями.

На месте переулков между Пречистенкой и Арбатом издавна, с 16 века размещалась дворцовая слобода конюхов. В конце 17 века, с расширением Москвы, конюхов вывели за границу Земляного города, к Плющихе и Девичьему полю. (Нам на память об этом остались Староконюшенный переулок между Арбатом и Пречистенкой и Новоконюшенный между Плющихой и Смоленским бульваром). На землях бывшей дворцовой слободы обосновалась в основном знать, хотя называлось это место по-прежнему Старой Конюшенной. Не слободой, не площадью, не улицей, а просто - Старой Конюшенной. Жить здесь, а тем более - иметь дом, было очень престижно, и не только аристократы и богачи, но и люди скромных достатков, претендующие на аристократизм, старались обосноваться в этих местах. Именно Старая Конюшенная с ее колоритными обитателями легла в основу детских впечатлений Тургенева о Москве. Здесь, в Гагаринском переулке находился частный пансион Вейденгаммера, в который мать отдала девятилетнего Ивана, когда семья Тургеневых переехала из орловского имения в Москву, чтобы дать сыновьям образование.

Мать писателя была, что называется, человеком сложным. Возможно, тяжелое детство наложило на ее характер такой отпечаток. Ее отец скончался, когда девочка еще не родилась. Мать снова вышла замуж, и от отчима Варвара не видела ничего, кроме унижений и побоев. Мать тоже умерла, и шестнадцатилетняя девушка бежала из дома отчима, явилась к дяде в его имение Спасское-Лутовиново и со слезами умоляла ее приютить. Дядя сжалился над сиротой, оставил ее в своем доме и даже постарался дать племяннице хоть какое-то образование. Когда же дядя в 1813 году скончался, Варвара, получив наследство, из приживалки и бесприданницы превратилась в одну из богатейших невест - только в Орловской губернии у нее были имения с 5000 душ крепостных (а 1000 душ считались баснословным богатством), и еще были усадьбы и деревни в Курской, Калужской, Тульской и Тамбовской губерниях, немалые деньги, множество ценных вещей (только в Спасском-Лутовиново серебряной посуды насчитывалось 16 пудов)... Такая метаморфоза изменила нрав скромной девицы - теперь Варвара могла отыграться за все, потакая собственным капризам и прихотям. В 1815 году, когда ей было уже 28 лет (по тем временам - критический возраст для барышни, практически стародевичество), в Орле разместили гусарский полк. И в январе 1916 года, Варвара Петровна пошла под венец с двадцатидвухлетним красавцем, офицером Сергеем Тургеневым.

Жених был всем хорош - молод, красив, галантен, героически воевал с Бонапартом и за подвиги при Бородино был удостоен Георгиевского креста, вот только финансовые дела его были расстроены, и все понимали, что женился он по расчету. Впрочем, молодые первое время жили довольно дружно, и у них один за другим родились три сына - Николай, Иван и Сергей. Карьера поручика Тургенева после выгодной женитьбы пошла в гору, чуть ли не каждый год его жаловали новым чином, и в отставку он в 1821 году вышел полковником. Когда в 1927 году семья решила перебраться в Москву, чтобы дать детям образование, отношения между Сергеем и Варварой Тургеневыми уже дали трещину. Мать становилась все более ревнивой, сварливой и капризной, а отец, по словам Ивана Тургенева, был "великим ловцом перед Господом женских сердец".

Для проживания семьи в Москве Варвара Петровна приобрела дом на Самотеке, но там ей не понравилось и в конце 1829 года она сняла другой дом, все в том же Гагаринском переулке (№ 15). Его выстроил для себя декабрист В.И. Штейнгель, но еще до роковых событий 1825 года продал в чужие руки, и теперь изящный ампирный особняк сдавался внаем.

Для Ивана Тургенева Гагаринский переулок и окрестные места Старой Конюшенной стали "Москвой детства" - мальчик жил здесь уже в сознательном возрасте, когда многое мог понять и запомнить. Из-за характера матери детство Ивана трудно было назвать счастливым. "Мне нечем помянуть моего детства, - вспоминал писатель.

- Ни одного светлого воспоминания. Матери я боялся как огня. Меня наказывали за всякий пустяк - одним словом, муштровали, как рекрута. Редкий день проходил без розог; когда я отважился спросить, за что меня наказали, мать категорически заявляла: "Тебе об этом лучше знать, догадайся".

Не складывались у Ивана отношения и с отцом. Сыновья от нелюбимой жены не были близки сердцу Сергея Николаевича. Иван Тургенев писал об отце в повести "Первая любовь" (прообразами героев которой были княжна Шаховская, он сам и его отец, счастливый соперник сына в любовном треугольнике): "Странное влияние имел на меня отец - и странные были отношения. Он почти не занимался моим воспитанием, но никогда не оскорблял меня; он уважал мою свободу - он даже был, если можно так выразиться, вежлив со мною... только не допускал меня до себя. Я любил его, я любовался им, он казался мне образцом мужчины - и, боже мой, как бы я страстно к нему привязался, если бы я постоянно не чувствовал его отклоняющей руки!"

В 1831 году из дома в Гагаринском переулке семья Тургеневых переехала по соседству в Сивцев Вражек. Там сдавался дом генерала И.И. Алексеева, участника войны 1812 года. Позже он служил на территории покоренной Франции и так поправил при этом свои дела, что его супруга смогла купить новый, только что отстроенный дом в Москве. Известный мемуарист Ф.Ф. Вигель (чьи воспоминания рисуют русское общество первой половины 19 века) был братом генеральши Н.Ф. Алексеевой и, естественно, не обошел вопрос с домом своим вниманием. "Зять мой, генерал Алексеев... числился по кавалерии в бессрочном отпуску и жил по большей части в Москве, где жена его на сбереженные ею от огромного французского содержания деньги купила ему хороший деревянный дом в Старой Конюшенной". То ли и впрямь генеральша так ловко распорядилась "командировочными" мужа, то ли служба в оккупационных войсках несла в себе иные выгоды, но Алексеевы поселились в новом доме на Сивцевом Вражке и поначалу наслаждались жизнью. Однако вскоре обстоятельства изменились - их сын был обвинен в причастности к заговору декабристов и даже приговорен к казни, которую путем трудных денежных хлопот удалось заменить ссылкой на Кавказ. Генерал в 1830 году скончался. У Алексеевых появилась большая потребность в деньгах, и дом пришлось сдавать...

Между тем, матушка занималась образованием Ивана так, как ей представлялось нужным: из одного пансиона его перевели в другой, потом пригласили домашних учителей, а в 15 лет отдали в Московский университет. Пришлось хлопотать, чтобы мальчика приняли в порядке исключения. В 1834 году Варвара Петровна решает, что семья должна переехать в Петербург. Иван уезжает вместе с родными и переводится в Петербургский университет. С тех пор Тургенев бывал в Москве лишь наездами - он много путешествовал, учился в Германии, жил в Италии, в Австрии... Но при этом всегда мог по памяти реконструировать дома и быт дворян Старой Конюшенной и частенько именно здесь поселял своих литературных героев.

Так или иначе, но с Москвой оказалась связана почти вся жизнь Ивана Тургенева. Почти каждый год он, пусть не надолго, но в Москву приезжал, гостил у родных, друзей, посещал знакомые дома. Однако среди московских адресов Тургенева есть один особенно знаменитый - особняк на Остоженке, прозванный в Москве "дом Муму"...